Решение президента Татарстана Минтимера Шаймиева не баллотироваться на следующий срок стало настоящей политической сенсацией в России. Обсуждают, кто будет следующим, удастся ли президенту Дмитрию Медведеву подвинуть московского мэра Юрия Лужкова и башкирского президента Муртазу Рахимова – других самых выдающихся долгожителей российской политики.

Если удастся – то это будет, пожалуй, первым ощутимым достижением Кремля времен Дмитрия Медведева. Ведь битва за Москву идет не первый год, даже не первое десятилетие. Владимиру Путину не удалось поколебать позиции Юрия Лужкова несмотря на то, что московский мэр возглавил оппозицию семье его предшественника Бориса Ельцина и сам претендовал на власть в России. И если мэра сменит Дмитрий Медведев – тогда усилятся позиции самого российского президента, и он сможет с куда большим основанием, чем сейчас, размышлять о втором сроке.

Но действительно ли отставка Минтимера Шаймиева – прецедент для политических динозавров? Возможно, это и прецедент, но другого рода – что и руководитель российской республики может уходить «по-ельцински», оставляя власть удобному преемнику и оставаясь негласным авторитетом для местной политической элиты. А Кремль разве что освящает эту передачу власти президентским авторитетом...

Но, впрочем, чтобы провернуть такую комбинацию, нужно быть Шаймиевым. Ведь президент Татарстана – не простой региональный руководитель. Можно даже сказать, что другого такого регионального руководителя в России и не было. Шаймиеву удалось выстроить в Татарстане настоящее государство в государстве – при молчаливом согласии обоих российских президентов. Он оказался сильным игроком еще на советской политической сцене, подыграв Михаилу Горбачеву в противостоянии с Борисом Ельциным. Сейчас мало кто помнит, что Татарстан был единственной из российских республик, где не проводились выборы президента РСФСР – потому что республика сама претендовала на союзный статус. С Ельциным у Шаймиева тогда были очень непростые отношения, в августе 1991 года он поддержал ГКЧП, а издаваемая Верховным Советом РСФСР «Российская газета» отнесла его к пособникам путчистов.

Тем не менее, новой российской власти достаточно быстро стало ясно, что без поддержки Шаймиева стабильности в Татарстане и вообще в Поволжье не сохранить – возможно, отрезвляюще подействовал пример дестабилизированного Кавказа. Именно в Казани Борис Ельцин сказал свою знаменитую фразу: «Берите столько суверенитета, сколько сможете!». И Шаймиев взял. Отношения его республики с Москвой были оформлены особым договором, а общий для всех субъектов Федеральный договор Татарстан не подписал. И то, что с годами эти документы утратили смысл, а республика практически полностью вернулась в российское конституционное пространство, сути дела не изменило. Татарстан так и не стал «просто республикой», он остался самодостаточным образованием с собственной элитой, укладом жизни и собственным лидером, которому удалось проруководить Татарстаном 20 с небольшим лет – если считать с момента, когда Шаймиев стал первым секретарем Татарского обкома КПСС. В смысле политического долгожительства его можно сравнить разве что с казахстанским президентом Нурсултаном Назарбаевым, в 1989 году избранным первым секретарем ЦК Компартии Казахстана.

Но Назарбаев так и не решил вопроса о преемственности власти, и в этом смысле будущее Казахстана, управляемого сильным лидером уже два десятилетия, окутано туманом. Никто не знает, что будет после Назарбаева, даже сам Назарбаев. А Шаймиев эту проблему решил. Будущего президента Татарии Рустама Минниханова в Казани называют не просто преемником, не просто соратником, но чуть ли не приемным сыном Минтимера Шаймиева. Он близкий друг сыновей президента с юных лет, он бессменный премьер-министр Татарстана. Шаймиев – и этим он отличается и от Ельцина, искавшего преемника в спешке и суете безысходности, и от Назарбаева, не утруждающего себя поисками, – готовил преемника последние 12 лет, с момента, когда 32-летний – ! – Минниханов возглавил правительство республики. То, что произошло в Кремле, – сохранение статус-кво: Шаймиев уходит, оставаясь. А Минниханов будет новым Шаймиевым. Единственное, на что может рассчитывать Москва, – так это на то, что «маленький Шаймиев» будет все же помягче большого и на него можно будет успешнее давить. Но пока Шаймиев жив, думать об этом не приходится. Ни Путин, ни уж тем более Медведев не могут соперничать с ним с точки зрения авторитета в Казани. И именно поэтому кремлевские планы замены главного татарина незваным гостем из Москвы всегда бесславно проваливались.

Но теперь следующий вопрос: какой же прецедент создал Шаймиев? Напротив, он предложил другим политическим динозаврам настоящее искушение: уйти, сохранив власть в руках своей команды. Вопрос, получится ли такая комбинация у Лужкова или Рахимова, остается открытым, но для Кремля это все равно страшный сон: вечная лужковская Москва без Лужкова, управляемая группой Рахимова Башкирия без Рахимова и понимание того, что в России есть территории, где власть президента страны условна. И одна из этих территорий – столица самой России. Нет, за Москву предстоит куда более серьезная битва, чем за Татарстан...

www.lb.com.ua